Проблемы использования и воспроизводства водно-биологических ресурсов Дальнего Востока

В российской экономической зоне Тихого океана и его морей на начало 90-х годов масса биологических ресурсов оценивалась в 26 млн. т рыбы и морепродуктов, в том числе 16 млн. т тресковых рыб (минтай, треска, макрирус, навага, хек и др.), 3 млн. т сельди, по 0,3-0,7 млн. т камбалы, окуня, сардин, лососей и сайры. Ресурсы нерыбных видов морской флоры и фауны оценивались в 2,5 млн. т. 

Исключительно продуктивным водоемом является Охотское море – главный рыбопромысловый бассейн России. Здесь долгое время основу промысла составляли сельдь, камбала и крабы, но в 90-е годы к основным рыбным ресурсам стали относиться минтай (до 2000 тыс. т), тихоокеанские лососи (120-125 тыс. т), охотская сельдь (100-150 тыс. т) и крабы (53-58 тыс. т) [Фролов и др., 2000].

Японское море в рыбохозяйственном отношении значительно беднее Охотского. Здесь основу промысел составляют виды с высокой численностью или объекты, не образующие плотных скоплений, но имеющие высокую пищевую стоимость: минтай (до 226 тыс. т), южный одноперый терпуг (до 138 тыс. т), треска (до 69 тыс. т), камбалы (до 126 тыс. т), лососи (до 4 тыс. т), кальмары (от 200 до 800 тыс. т), крабы (до 3 тыс. т), креветки (до 2,4 тыс. т), моллюски (до 125 тыс. т), иглокожие (до 3 тыс. т) [Фролов и др., 2000].

Иная ситуация в бассейне Северного Ледовитого океана. Восточно-Сибирское и Чукотское моря по биологическим ресурсам – самые бедные в России. Только у самых побережий в заливах и бухтах, а также в обширных устьевых акваториях больших и малых рек, впадающих в Северный Ледовитый океан, откармливаются летом лососевые (голец, нельма, хариус), сиговые (омуль, ряпушка) и корюшковые рыбы. Из рыб морей этого океана небольшое промысловое значение имеет только навага [Зенкевич, 1956; Шустов, 1969; Якутия, 1965].

В последние годы на Дальнем Востоке основная часть добываемой рыбы (90-95 %) приходится на активный океанический лов в ИЭЗ России. Его объектами являются минтай, треска, камбала, сельдь, сайра, лососевые и морепродукты. Основную долю в общем объеме добычи составляет минтай (в 2002 г. 47,3 %). Во второй половине 90-х годов официальные уловы минтая достигали 1000-2000 тыс. т (максимум был в 1996 г. — 2439,7 тыс. т), фактически значительно больше. 

Современное состояние ресурсов минтая в разных местах различно: стадо, обитающее у Южных Курил, находится в депрессии; на низком уровне в течение последних десятилетий пребывает численность япономорского минтая; сокращаются ресурсы минтая, обитающего у Северных Курил и Юго-Восточной Камчатки. Низкая численность минтая в западно-беринговоморской зоне. Стадо минтая Охотского моря в 90-е годы резко сократилось, чему способствовал плохо контролируемый промысел его Польшей, Китаем, Японией и Республикой Корея. По сообщению директора ВНИРО, здесь в 2001 г. общий запас нерестового минтая по сравнению с 1996 г. снизился в 3 раза, а с конца 80-х годов – в 6 раз. В 2001 г. было выловлено 1145,0, а в 2002 г. всего 827,4 тыс. т. По сообщению О.А. Булатова [2003], «исторический минимум запасов» минтая в Охотском и Беринговом морях (в 2000-2002 гг.- 15-16 млн. т) пройдет и через 3-5 лет следует ожидать роста запасов и вылова.

Одним из важнейших рыбных ресурсов является сельдь (11,6 % в улове), основные запасы которой находятся в Охотском море. Максимальный ее вылов был в1968-1973 гг. и составлял 377-472 тыс. т. В 2001 г. было выловлено 278,5, а в 2002 г. — 203,1 тыс. т. Высокая численность охотской сельди обеспечивается многовозрастным составом популяции, многократным ежегодным нерестом, их высокой плодовитостью и большой площадью нерестилищ. У охотской сельди четко выражены 20-летняя и 5-6-летняя цикличность колебаний численности поколений и стада. Определено, что для воспроизводства сельди оптимальной биомассой является около 910 тыс. т. 

В последние год количество сельдевых увеличилось в 2-3 раза. Можно утверждать, что колебания численности минтая и сельдевых идут в противофазе [Шунтов, 2003]. Продолжается увеличение численности ряда стад сельди: охотского, гижигинско-камчатского и корфо-карагинского. А сахалино-хоккайдская и декастринская сельдь остаются в состоянии глубокой депрессии уже около 50 лет.

Большое место в рыбных ресурсах занимают тихоокеанские лососи - горбуша, кета, нерка, чавыча и кижуч. Их доля в улове 2002 г. составила 10,5 %. В конце 30-х годов в северо-западной части Тихого океана их суммарная максимальная биомасса составляла 1,0-12,5 млн. т, из них, вероятно, 0,8-1,2 млн. т приходилось на популяции, размножающиеся в бассейне Охотского моря. В 50-60-е годы в результате перепромысла и циклических изменений численности у лосося наступила глубокая депрессия. С середины 70-х годов наблюдалось медленное восстановление поголовья, однако даже в 80-90-е годы состояние ресурсов стад лососей характеризовалось как неустойчивое. Биомасса проходящих через Охотское море лососей оценивается в 200-320 тыс. т, т. е. примерно в 4 раза меньше, чем в 20-30-е годы. С середины 90-х годов наблюдается снижение ресурсов лосося. Однако пока сохраняется высокая численность горбуши, которая в настоящее время проходит свой «пик». В дальнейшем можно ожидать постепенное падение ресурсов лососей, как это происходило в 40-50-е годы [Клишторин, 2000].

В последние годы наблюдается уменьшение биомассы трески за счет выхода из стада старшевозрастных групп. После длительного периода депрессии началось увеличение численности терпуга. Уменьшение ресурсов минтая в некоторой степени может быть компенсировано благоприятными прогнозами по сельди – более 520 тыс. т, камбалам – 200, мойве – 140, сайре – 130 и терпугу – 70 тыс. т [Борисов, 2000].

В водах дальневосточных морей значительные ресурсы млекопитающих, однако уже более 10 лет не ведется их промышленное освоение. 

Из морских беспозвоночных наибольшее значение имеют крабы, а из них камчатский краб. В 60-е годы ресурсы краба из-за перепромысла резко уменьшились. Комплекс мероприятий по охране и регулированию лова позволил значительно увеличить его ресурсы, но в 90-е годы в результате чрезмерно интенсивного отлова его ресурсы опять резко сократились. Официальный вылов камчатского краба у Западной Камчатки в 2001 г. по сравнению с 1999 г. сократился в 2,2 раза и составил всего 13,86 тыс. т. Реальный вылов, вероятно, превышает официальный не менее чем в 2 раза. Масштабный перелов в 1996-1998 гг. привел к стремительному падению ресурсов. Учитывая это ученые ТИНРО-центра предложили с 2002 г. ввести щадящий режим промысла краба до восстановления его численности, снизив коэффициент промыслового изъятия с 30 до 15 % [Долженков, Кобликов, 2003]. Ресурсы других видов крабов – стригун опилио, синий, колючий, ангулятис – относительно небольшие и находятся в удовлетворительном состоянии.

Ресурсы трубачей в Охотском море недоиспользуются и находятся в удовлетворительном состоянии, а в Японском море их численность низкая. Запасы гребенчатой, равнолапой и северной креветки в Японском море находятся на низком уровне с тенденцией к понижению, морских ежей и кукумарии – в удовлетворительном состоянии. Биомасса осьминогов в Японском и Охотском морях оценивается в 6 тыс. т с тенденцией к повышению. Имеются большие ресурсы тихоокеанского кальмара. В Японском море возможен его вылов на уровне 100-300 тыс. т и более в год, но практически его промысел не ведется. Запасы кальмара Бартрама у Южных Курил позволяют ловить более 100 тыс. т в год, но эта возможность не используется. Фактически лов ограничивается промыслом командорского кальмара у Северных Курил в объеме до 74 тыс. т. 

Прибрежная зона Охотского и Японского морей отличается большим разнообразием морских водорослей. Только в Охотском море можно ежегодно добывать 660-670 тыс. т морской капусты и около 300 тыс. т аларии и цистозиры. Кроме того, могут быть использованы тихокарпус, птилоты, родомеса, хондрусы, гигартины, родимении, ресурсы которых оцениваются в 160 тыс. т. Однако все эти ресурсы осваиваются очень слабо или совершенно не используются [Фролов и др., 2000].

В целом сырьевые доступные к эксплуатации ресурсы морей Дальнего Востока в настоящее время позволяют добывать (даже при дефиците минтая) до 3,0-3,2 млн. т рыбы и морепродуктов в год. Ученые из ТИНРО-Центра прогнозируемый ОДУ определяют величинами: в 2002 г. 3,2 млн. т в 2005 г. 4,3 млн. т и в 2010 г. 4,2 млн.т [Бочаров, Каредин, Беляев, 2003]. Отдавая предпочтение наиболее популярным в рыночном отношении видам - минтаю, камчатскому крабу, лососевым - сокращается ассортимент добываемых гидробионтов. В числе недостаточно используемых объектов оказываются и традиционные сельдь, треска, камбала, терпуги, сайра. Их суммарный вылов в 2002 г. составил только 471,8 тыс. т, тогда как запасы позволяют довести его до 900-950 тыс. т. Всего невостребованный промыслом ресурс составляет примерно 1 млн. т. 

Основные рыбные ресурсы внутренних водоемов Дальнего Востока связаны с Амуром, в котором 25 видов представлены рыбами высокой товарной ценности – тихоокеанскими проходными лососями, осетровыми и некоторыми видами крупного частика. Из мелкочастиковых рыб преобладает карась. Из полупроходных частиковых рыб отмечается два вида корюшек - азиатская и малоротная. В Амуре обитает рыбообразное животное - минога.

В прошлом бассейн Амура был очень богат рыбными ресурсами. Но в результате чрезмерно интенсивного вылова и резким ухудшением условий существования рыб во второй половине ХХ в., несмотря на ряд ограничений и даже запретов вылова, рыбные ресурсы в бассейне сократились многократно. В бассейне Амура в 90-е годы по сравнению с началом ХХ в. уловы осетровых сократились более чем в 11 раз (с 1,2 до 0,1 тыс. т), лососевых – в 7-8 раз (с 78,0 до 10,0 тыс. т) и частиковых – в 30-40 раз (с 17,0 до 0,5 тыс. т). В не меньшей степени сократились и рыбные ресурсы. В настоящее время сложилась реальная угроза полного уничтожения осетровых рыб и потеря промыслового значения лососевых. Продуктивность амурского лососевого стада с начала его активного освоения уменьшилась почти в 100 раз. 

В бассейнах рек, впадающих в Северный Ледовитый океан, рыбные ресурсы были резко сокращены в 20-40-е годы. Чрезмерный промысел снизил ресурсы муксуна в водоемах Якутии, вылов которых сравнению с 1943 г. сократился по р. Лене в 150 раз, Яне – 400, Колыме – 10, Индигирке – 2 раза. Подобные изменения в рыбных ресурсах наблюдаются практически во всех речных системах Якутии, Магаданской области и Чукотского автономного округа.

Следовательно, в ближайшей перспективе возможности развития рыболовства на внутренних водоемах Дальнего Востока очень ограничены, но они пока удовлетворительные для 200-мильной экономической зоны, где насчитывается около 300 видов, которые можно и нужно использовать.

Такое богатство водных биологических ресурсов Дальнего Востока обусловило развитие здесь крупнейшего в России рыбохозяйственного комплекса, который призван обеспечить высокий уровень душевого потребления разнообразной рыбной продукции, производство биологически активных веществ, лекарственных препаратов, наращивание экспорта преимущественно готовой рыбной продукции с высокой потребительской стоимостью, обеспечить социально-экономическое обустройство тихоокеанского побережья. На предприятиях комплекса работает около 150 тыс. человек, которые производят 55-60 % товарной пищевой рыбной продукции страны. Здесь добывается 100 % крабов и трепангов, 99 - лососевых, 90 – камбаловых и водорослей, около 60 – моллюсков и более 40 % сельди.

Число предприятий различных форм собственности (доля частных 92 %), осваивающих рыбные ресурсы Дальнего Востока к началу ХХI в. почти достигло 2 тыс. На долю крупных и средних приходилось 11 % (производят 80 % продукции), малых - 85 % и на остальные — 4 %. По данным АНО НТЦ «Дальрыбтехника» [Информационно-аналитический обзор …, 2002], в пяти основных рыбопромысловых субрегионах Дальнего Востока количество предприятий в период 1995-2000 г. увеличилось с 898 до 1697 (в 1,9 раза), в том числе в Сахалинской области до 688 (с учетом малых предприятий), в Приморском крае до 323, Камчатской области – 298, Хабаровском крае – 218 и Магаданской области – 170. С введением аукционов по продаже квот на вылов гидробионтов, количество предприятий в 2002 г. сократилось только по Приморскому краю, Камчатской и Сахалинской областям на 124 единиц.

В результате приватизации численность работающих сокращалась и в 1998 г. по пяти основным рыбопромысловым субрегионам была минимальной (65 тыс. человек). В 1999-2000 гг. наблюдался их небольшой рост, но в 2001 г., с внедрением аукционов, численность работающих опять сократилась (табл. 1).


Таблица 1. Среднесписочная численность промышленно-производственного персонала рыбной промышленности по основным рыбопромысловым субрегионам Дальнего Востока, тыс. человек
Субрегион
1995
1997
1999
2000
2001
2002
Приморский край
42, 1
33,1
29,4
31,3
27,8
27,6
Хабаровский край
4,6
7,3
4,0
5,0
2,7
4,5
Камчатская обл.
23,6
21,0
16,1
16,1
15,7
15,5
Магаданская обл.
2,9
2,3
1,1
1,4
2,3
2,5
Сахалинская обл.
22,6
19,4
15,8
15,6
18,2
18,5
Итого
95,8
83,1
66,4
69,4
66,7
68,6

Источник :[Информационно-аналитический обзор…, 2002; Рыбная промышленность Приморского края, 2003].

В ряде прибрежных районов рыбодобывающие и рыбоперерабатывающие предприятия являются градообразующими, за их счет содержится социальная сфера сел и поселков. Объем продукции (работ, услуг) предприятий рыбной промышленности за 1995-2002 гг. увеличился в 4,1 раза (в текущих ценах) и составил в 2002 г. 35,9 млрд. руб. (табл. 2). При этом на долю Приморского края пришлось в 1995 г. 52,3 %, а в 2002 г. всего 30,5 %. Наибольший рост продукции отмечен в Хабаровском крае (в 16,7 раза).


Таблица 2. Объем промышленной продукции основных рыбопромысловых 
субрегионов Дальнего Востока, млн. руб. (1995-1997 гг. млрд. руб.)
Субрегион
1995
1997
1999
2000
2001
2002
Приморский край
4616,6
5281,0
14975,5
15517,9
13699,9
10962,6
Хабаровский край
160,9
327,0
889,8
1838,7
2509,8
2681,7
Камчатская обл.
2298,7
2228,5
7624,5
9248,8
11441,5
12157,4
Магаданская обл.
190,1
155,6
562,5
1178,6
1352,5
2186,5
Сахалинская обл.
1558,0
1325,4
5187,7
7138,4
9165,9
7921,5
Итого
8824,3
9317,5
29240,0
34922,4
38169,6
35909,7

Источник: [Информационно-аналитический обзор…, 2002; Рыбная промышленность Приморского края, 2003].

Развитие рыбной промышленности во многом определяется состоянием ее материально-технической базы и инвестициями в отрасль. По этим позициям обстановка тяжелая. Основные фонды отрасли за 1995-2002 гг. существенно не изменились, а по Магаданской области они даже уменьшились на 23,8 % (табл. 3).


Таблица 3. Основные фонды крупных и средних предприятий рыбной промышленности субрегионов Дальнего Востока (по балансовой стоимости на 1 января), млн. руб. (1995-1997 гг. – млрд. руб.)
Субрегион
1995
1997
1999
2000
2001
2002
Приморский край
8102,9
9649,2
6358,0
7899,0
8634,3
9317,7
Хабаровский край
119,3
400,5
554,5
230,2
328,2
315,8
Камчатская обл.
4251,9
5438,1
4020,0
4156,0
4764,0
5021,1
Магаданская обл.
740,0
680,0
138,0
189,0
564,0
564,0
Сахалинская обл.
2074,6
2748,4
2087,0
2055,0
3707,0
4209,0
Итого
15288,7
18916,2
13157,5
14529,2
17997,5
19427,6

Источник :[Информационно-аналитический обзор…, 2002; Рыбная промышленность Приморcкого края, 2003].

Износ основных фондов рыбной промышленности высокий, в 2002 г. он составил: в Приморском крае 53,1 %, а в Камчатской области даже 53,6 %. Это относится как к рыбопромысловому флоту, так и к рыбоперерабатывающим предприятиям. Возникшие и все нарастающие трудности с обновлением основных производственных фондов явились результатом резкого сокращения в 90-е годы государством инвестиций, а банковские кредиты из-за высоких процентных ставок для предприятий стали недоступными. 

В настоящее время основным источником инвестиций являются собственные средства предприятий, размер которых недостаточен. Размер инвестиций сокращался вплоть до 1998 г. В 1999-2000 гг. инвестиции возросли, но в 2001-2002 гг. с появлением затрат на аукционные торги они опять резко сократились: в 2002 г по сравнению с 2000 г. в 2 раза (с 1574,3 до 797,3 млн.. руб.) (табл. 4). В настоящее время ни акции, ни облигации, ни другие производные ценные бумаги рыбохозяйственных структур не котируются на российских биржах – таков печальный 13-летний результат отраслевой приватизации, акционирования и вхождения в рынок. Мировой опыт показывает, что ведущим внутренним инвестиционным ресурсом являются деньги населения. Российскому рыболовству следует сделать решительный шаг в сторону частных инвестиций и суметь привлечь их. Ведь вывезенная за границу рыбохозяйственная валюта оценивается на уровне $2-3 млрд., а сумма вкладов физических лиц россиян в банках превышает 1,25 трлн. руб. [Корельский, Гаврилов, Романов, 2004].


Таблица 4. Инвестиции в основной капитал за счет всех источников
финансирования рыбной промышленности основных рыбопромысловых субрегионов Дальнего 
Востока, млн. руб. (1995-1997 гг. млрд. руб.)
Субрегион
1995
1997
1999
2000
2001
2002
Приморский край
337,2
226,5
275,0
566,8
324,2
294,5
Хабаровский край
18,2
16,9
7,4
85,4
85,4
17,6
Камчатская обл.
133,6
47,0
156,4
537,0
271,6
218,5
Магаданская обл.
5,3
9,6
26,9
59,0
36,9
23,4
Сахалинская обл.
135,7
103,3
144,4
326,1
371,6
243,3
Итого
630,0
403,3
610,1
1574,3
1089,7
797,3

Источник: [Информационно-аналитический обзор…2002; Рыбная промышленность Приморского края, 2003].

Одним из главных условий эффективного и масштабного освоения биологических ресурсов моря является наличие современного добывающего флота, но положение с ним неблагополучно [Зиланов, Романов, Ризанов, 2000]. Строительство рыболовных и транспортных судов на предприятиях Дальнего Востока резко сократилось. Если в 1991-1995 гг. было построено 115 судов, то в 1996-2000 гг. - всего 29. В 2000 г. добывающий флот бассейна, по данным Дальрыбинформцентра, представлен 1581 судном, из них 207 единиц (13,1 %) относится к крупным и большим судам, 644 единиц (40,7 %) - к средним и 730 единиц (46,2 %) - к малым и маломерным судам. Из общего числа судов на долю промыслового флота приходится 82,3 %, обрабатывающего - 7,5 % и транспортного - 10,2 %.

За 90-е годы флот сильно постарел. Возраст 48,5 % крупных и больших судов превышает нормативный срок эксплуатации (20 лет). Средний возраст судов - 21,6 лет. Средний возраст средних судов - 15,6 лет (нормативный срок – 18 лет). Сильнее всего изношены суда малотоннажного флота. Почти 72 % этих судов превысили нормативный срок эксплуатации (12 лет). Средний возраст судов - 18,9 лет [Жук, Распутный, Штанько, 2001].

Слабость российского добывающего флота приводит к его вытеснению зарубежным флотом, который интенсивно наращивает свое присутствие в экономической зоне России. Суммарная мощность всего добывающего флота превышает возможности изъятия имеющихся сырьевых ресурсов рыбы и морепродуктов. Результатом такой практики уже наблюдается истощение наиболее ценных биоресурсов моря. 

Российские рыбаки поставлены в сравнительно худшие экономические условия по отношению к своим иностранным конкурентам. Налоговая и таможенная системы стимулируют уход с внутреннего рынка. Так, при официальном экспорте необходимо заплатить пошлину в размере 5-10 %, а при поставке продукции на внутренний рынок размер НДС составлял 20 %. Затраты в российских портах на приобретение дизтоплива, оборудования, орудий лова в 2-3 раза выше, чем в зарубежных портах. Дешевле в иностранных портах ремонт, услуги, ниже налоги, более льготен кредит. В иностранных портах оформление прихода и отхода, разгрузка судна, его снабжение занимает 3-5 часов. В российских портах одно оформление документов для десятиминутной стоянки может занять 2-3 дня, а простой судна стоит от $100 до $500 в час! В то время как, например, в Пуссане (Южная Корея) экипаж платит властям $500 в сутки за все: за проживание, портовые услуги, ремонт и т.д. А при заходе в российский порт за простую смену экипажа в течение двух дней «сдирают» до $10 тыс.» [Думская панорама, 2001]. В результате более 90 % наших рыбопромышленных предприятий кредитуется за границей, а затем по демпинговым ценам расплачивается рыбой. Поэтому флот перебазируется в иностранные порты, способствуя развитию рыбной отрасли и инфраструктуры зарубежных стран.

В последние годы положение резко ухудшилось с введением продаж рыбных квот на аукционах. Об их пагубных последствиях шла речь за «круглым столом» в Государственной Думе» [Думская панорама, 2001]. Было отмечено, что в российских морях наблюдается засилье иностранных флотов, они скупили аукционный минтай и, выставив в наших акваториях 100 кораблей, вытеснили россиян. Аукционы квот на добычу водных биоресурсов (в 2001-2002 гг. было изъято из рыбного хозяйства страны более 15 млрд. руб.) привели к усилению иностранного контроля над российскими рыбными ресурсами. Осуществляется грабеж ресурсов нашей экономической зоны. В Магаданской области в результате рыбных аукционов «падение налоговых сборов от реализации рыбы в области достигло 47 %, более чем на треть упала зарплата в отрасли и, соответственно, произошла потеря рабочих мест. Ущерб только по налоговым поступлениям – 110 млн. рублей. В Корякском автономной округе только от аукционов убытки составили с начала 2001 г. 182 млн. руб. – 20 % всего годового бюджета округа.

В преобладающем большинстве стран с развитой рыночной экономикой (Япония, Китай, Норвегия, страны Европейского союза) для собственных рыбаков не устанавливается плата за рыбные ресурсы и нет аукционов по продаже биоресурсов в воде. Это не случайно, так как рыболовство, с одной стороны, является высокозатратным и рискованным сектором экономики, а с другой, оно не только обеспечивает население продовольствием, но играет важную роль в жизнеобеспечении населения в отдаленных прибрежных регионах страны, где рыбные промыслы часто представляют единственную сферу занятости для местных жителей. 

Поэтому в развитых рыболовных странах рыбная отрасль дотируется. В США расходы по эксплуатации промыслового флота на 15 млрд. долларов превышают оптовую стоимость произведенной продукции. В Японии дотация на каждую тонну выловленной рыбы составляет 400 долларов США. Кроме этого государства проводят специальную протекционистскую политику в отношении рыболовства. Устанавливаются льготные цены на топливо, предоставляются льготные кредиты для строительства судов (2-6 % годовых или даже предоставляя беспроцентную ссуду), осуществляется государственное страхование, финансируются затраты на научные исследования и охрану рыбных ресурсов. Все это продиктовано необходимостью создания со стороны государства условий по обязательному удовлетворению потребностей населения в белковосодержащих продуктах — рыбе и морепродуктах.

В России результаты регулирования отрасли пока печальны. Если еще в 1995 г. предприятия рыбной промышленности были убыточными только в Магаданской области, то в последующие годы их стало большинство и отрасль в целом стала убыточной (табл. 5).

Удельный вес убыточных предприятий составлял: в 1995 г. 49,6 %, в 1996 г. – 66,9, в 1997 г. – 60,0, в 1998 г. – 71,4, в 1999 г. – 48,3 и в 2000 г. –53,9 %. Сумма убытков по годам достигала (в 1995-1997 гг.- млрд., а в 1998-2000 гг. – млн. руб.): в 1995 г. – 348,2, в 1996 г. – 1085,7, в 1997 г. – 1178,9, в 1998 г. – 4688,8, в 1999 г. – 1607,3 и в 2000 г. - 3039,3. 

За 2002 г. рыбная промышленность Камчатской области имела убыток в сумме 1,1 млн. руб.. а Сахалинской — 0,5 млн. руб. Структура затрат на производство продукции рыбной промышленности Приморского края в 2002 г. была следующей (в %): материальные затраты – 52,1, затраты на оплату труда – 14,4, отчисления на социальные нужды – 4,3, амортизация – 2,9 и прочие затраты – 26,3. Как видно из данных табл. 5 финансовые показатели работы предприятий рыбной промышленности не улучшаются, а ухудшаются. Это показывает, что рыбная отрасль находится в глубоком кризисе.


Таблица 5. Финансовые результаты крупных и средних предприятий 
рыбной промышленности субрегионов Дальнего Востока, 
(прибыль, убыток (-), млн. руб. (в 1995-1997 гг. млрд. руб.)*
Субрегион
1995
1996
1997
1998
1999
2000
Приморский край
434,9
-243,4
-340,7
-2732,1
-463,3
243,1
Хабаровский край
27,1
8,0
9,9
7,2
7,6
10,1
Камчатская обл.
67,3
-134,0
-53,8
-109,0
1160,3
-1436,1
Магаданская обл.
-27,3
-68,0
-108,7
-18,6
-102,8
96,7
Сахалинская обл.
7,8
-376,6
-157,0
-1343,7
-225,4
31,5
Итого
509,8
-814,0
-650,3
-4196,2
376,4
-1054,7

*Число предприятий: в 1995 г. - 115, в 1996 г. - 121, в 1997 г. - 95, в 1998 г. - 126, в 1999 г. - 143 и в 2000 г. - 165.
Источник: [Информационно-аналитический обзор…, 2002].

В 2000 г. отменена 50 % скидка на железнодорожный тариф при перевозке рыбы. Это резко отрицательно сказалось на поставке рыбы с Дальнего Востока в другие регионы России. Если в 1999 г. из Камчатки рыбопродукция поступала в 17 регионов, то в 2000 г. — всего в 5 [Рыбная промышленность Камчатской области, 2003]. С 2001 г. упразднены все внебюджетные фонды, а средства от продажи платных квот, за счет которых ранее формировался фонд поддержки рыбной отрасли, пошли в госбюджет. 

Цены на рыбные товары на внутреннем рынке нередко превышают цены за рубежом. Одной из причин является чрезмерно высокая доля посредников (от 30 до 70 % в цене, тогда как в Японии, например, эта доля менее 15 %). В Японии действует закон, по которому участников в торговле рыбой может быть только три: рыбак, оптовик и розничный торговец. У нас же число посредников изменяется от 3 до 10. Поэтому до 70 % добытой продукции вывозится за границу. 

По официальной статистике улов рыбы и морепродуктов стал падать с конца 80-х годов и продолжал сокращаться до 1994 г., когда он составили всего 46,3 % от уровня 1988 г. В 1995-1998 гг. уловы несколько возросли и в 1998 г. превысили показатель 1994 г. на 30,0 %. Однако затем объем добычи опять сократился. В 2001 г. он составил 42,9, а в 2002 г. лишь 35,3 % от уровня 1988 г. Наиболее резкое падение уловов наблюдается по Приморскому краю, где в 2002 г. даже по сравнению с 1996 г. он сократился в 2,6 раза и его доля в общем объеме добычи уменьшилась с 50,8 % в 1996 г. до 32,9 % в 2002 г. (табл. 6). 

Снижение официальных уловов произошло по ряду причин. На развитии всей рыбной промышленности резко отрицательно сказалась проведенная приватизация. Падение же уловов в последние годы объясняется не только введением аукционов по продаже рыбных квот, но и сокращением ресурсов минтая.

Реальное же сокращение объема добычи до начала ХХI в. если и было, то небольшое. По некоторым объектам (например, камчатский краб) объем добычи в 90-е годы ХХ в. даже увеличился, а уменьшение официальных показателей связано с быстрым развитием браконьерства и теневого экспорта. В современных экономических условиях для крупных организаций рыбной отрасли оказалось более выгодным реализовывать свою продукцию за пределами таможенной границы иностранным покупателям


Таблица 6. Улов рыбы и добыча морепродуктов по субрегионам РДВ 
за 1988-2002 гг., тыс. т
Субрегион
1988
1990
1995
1997
1999
2000
2001
2002
Республика Саха (Якутия)
9,0
10,1
2,7
2,1
1,9
2,9
2,6
2,0
Приморский край
1947,0
1832,2
1322,2
1469,6
1196,2
910,6
785,5
578,0
Хабаровский край
382,0
369,9
222,8
239,9
199,4
194,9
177,7
139,2
Амурская область
0,0
0,1
0,1
0,1
0,03
0,02
0,03
0,02
Камчатская область
1402,0
1348,1
771,1
781,7
707,0
675,1
637,8
563,4
в т.ч. КАО
89,8
97,0
103,5
126,4
102,9
135,2
82,4
Магаданская область
123,0
135,1
82,7
30,3
67,7
74,6
90,2
75,4
Сахалинская область
1102,0
927,3
413,7
442,3
451,7
417,5
431,7
368.7
Чукотский АО
5,1
1,0
1,0
1,6
2,9
5,1
27,8
Итого
4965
4627,9
2816,3
2967,0
2625,5
2278,5
2130,5
1754,5

Источник: [Промышленность России, 1995; Промышленность России, 2002; Промышленность Сахалинской области, 2003].

Отчасти это можно проиллюстрировать по экспорту ракообразных в Японию. По сообщению профессора Нобуо Араи, по Японской статистике в период 1994-2002 гг. Япония импортировала из России 643,7 тыс. т ракообразных со стоимостью $52,5 млрд., из них только 44 тыс. т (6,8 %) стоимостью $387,2 млн. прошло через российские таможни. При этом, если в 1994 г. в российской статистике отражалось 18,8 % физического объема продукции, то в 2001 г. - всего 3,0 %. За период 1994-2001 гг. по японским данным по импорту ракообразных их средняя цена упала больше чем в 2 раза (с $13,2 за 1 кг до $6,0). 

В настоящее время большая часть рыбы и морепродуктов добывается за пределами территориальных вод России и поэтому не является экспортной. В 90-е годы, несмотря на снижение объема добычи рыбы и морепродуктов, объем экспорта рыбопродукции увеличивался по 1997 г. и превысил уровень 1993 г. более, чем 3 раза. К сожалению, из-за перенасыщения рынка товарами, цены на рыбную продукцию значительно снизились и размер выручки в 1997 г. по округу составил $1029,1 тыс., что превысило уровень 1993 г. всего в 1.9 раза. В последующие годы размер экспорта стал сокращаться и в 2002 г. составил 682,7 тыс. т, что по сравнению с 1998 г. меньше на 22,5 %. 

Одновременно наблюдается увеличение удельного веса экспорта рыбы, рыбопродуктов и морепродуктов в общем объеме их добычи. В 2002 г. по основным регионам Дальнего Востока удельный вес экспорта рыбной продукции в общем объеме улова изменялся от 35,6 % по Сахалинской области до 44,3 % по Приморскому краю. Это привело к уменьшению количества и ассортимента рыбной продукции на внутреннем рынке. 

В экспорте первое место занимает рыба свежая и мороженая. В 2002 г. ее доля составила по весу 80,0 %, а по стоимости 52,9 %. Второе место принадлежит продукции ракообразных, ее доля по весу равна 4,9 %, а по стоимости 23, 6 %. Доля икры соответственно 2,4 и 12,0 %, филе и рыбного фарша - 4,5 и 5,5 %, моллюсков - 3,0 и 3,2 %, муки рыбной - 5,0 и 2,4 % и на долю остальной продукции проходится 0,2 и 0,4 %. 

Рыбная продукция Дальнего Востока экспортируется более, чем в 20 стран. В 2002 г. было экспортировано продукции на $826,8 млн. (в 1997 г. на $1029,1), в том числе в Республику Корея на 238,7 млн. (28,9 %), в Японию - 233,5 млн. (28,2 %), США - 118,9 млн. (14,4 %), Китай - 84,1 млн. (10,2) и в остальные страны - 151 млн. (18,3 %). Средняя цена 1 т экспортируемой рыбопродукции составила $1337 (в 1997 г. $1165). Большая часть рыбной продукции экспортируется за пределами таможенной границы. Такой продукции в 2002 г. было 492,9 тыс. т на $ 599,0 млн. [Экспорт рыбной продукции, 2003]. Приморский край в 1999-2002 гг. из общего объема вывозимой товарной пищевой рыбной продукции 81,5 % экспортировал и только 18,5 % отгрузил в другие регионы России. Внутри России приморская продукция в 2002 г. была реализована в 34 края и области [Рыбная промышленность Приморского края, 2003]. 

При этом сложное финансовое положение, в котором оказались практически все предприятия, вынуждает их повышать оптовые цены на свою продукцию. Все это приводит к тому, что российский потребитель теряет возможность приобретать в нужном количестве столь необходимые для рационального питания продукты. 

С уменьшением официального вылова рыбы и морепродуктов сократился и выпуск рыбной продукции (табл. 7).


Таблица 7. Производство товарной пищевой рыбопродукции
по основным субрегионам Дальнего Востока, включая консервы, тыс. т
Субрегион
1995
1997
1999
2000
2001
2002
Приморский край
771,9
782,8
775,6
656,4
607,3
528,7
Хабаровский край
56,4
76,1
179,8
196,0
157,2
122,7
Камчатская обл.
299,2
318,3
313,6
488,3
483,6
441,6
Магаданская обл.
53,9
25,8
40,4
37,6
57,3
48,4
Сахалинская обл.
313,0
233,1
369,4
356,9
387,1
348,9
Итого
1494,4
1367,4
1678,8
1735,2
1692,5
1490,3

Источник: [Информационно-аналитический обзор…, 2002; Рыбная промышленность Приморского края, 2003].

В 1995 г. по сравнению с 1990 г. производство рыбной продукции уменьшилось в 1,9 раза, из нее консервов - в 5,5 раза, непищевой - в 3,4 раза, а пищевой рыбопродукции - в 1,4 раза. В последующие годы производство рыбной продукции не только стабилизировалось, но и несколько увеличилось. Однако в 2002 г. с резким падением уловов, резко сократилось и производство продукции (табл. 8). Среди продукции, к сожалению, около 70 % приходится на мороженую рыбу, а не на продукцию глубокой переработки.

Производство рыбных консервов в 2000 г. по сравнению с 1995 г. уменьшилось в 2,7 раза (с 264,6 до 99,4 муб), затем немного возросло и составило в 2001 г. 115,2 муб, а в 2002 г. 109,1 муб., из них на долю Приморского края приходится 49,0 и Сахалинской области - 41,5 %. 

Основные перерабатывающие мощности рыбной промышленности Дальнего Востока сосредоточены на промысловом (добывающем и обрабатывающем) флоте, общее сокращение мощности которого, определенные по заморозке, производству консервов, пресервов и соленой рыбы, за последние 10 лет составило 20,9 % и к 2005 г. ожидается на уровне 70 %. Это свидетельствует о том, что обрабатывающая отрасль рыбной промышленности региона по традиционным видам продукции резко сокращается. Наряду с этим в обрабатывающей отрасли создается новое производство — выработка филе и фарша на траулерах-филетировщиков испанского, норвежского, немецкого и американского производства. Имеющиеся обрабатывающие мощности добывающего флота по производству филе и фарша уже перерабатывают около 40 % уловов. В дальнейшем, с развитием прибрежного рыболовства, необходимо перенести восполнение обрабатывающих мощностей с флота на берег, т. е. начать переход к прибрежной форме рыбохозяйственной деятельности, которая имеет существенную социальную и экологическую значимость и экономически доступна широкому кругу людей с ограниченными финансовыми возможностями [Жук, Распутный, Арзамасцев, 2001].

Если в 60-80-е годы рост вылова и производства рыбной продукции происходил за счет экстенсивных факторов, то в перспективе в отрасли должны преобладать интенсивные факторы роста экономики. За счет внедрения новых судов и технологий, улучшения организации труда и других интенсивных факторов роста необходимо повышение производительности труда, получать большую стоимость товарной продукции из единицы массы сырья с обеспечением снижения издержек на создание единицы товарной стоимости.

Устойчивость рыбного хозяйства, как показывает мировой опыт, должна базироваться на развитии двух основных составляющих - морского рыболовства и аквакультуры. Современная стратегия рыбного хозяйства должна строиться не на «промысле», а на принципах управления, сохранения и оптимального использования сырьевых ресурсов. Этим требованиям в наибольшей степени отвечает аквакультура, особенно марикультура. Все развитые страны, имеющие участок побережья и реки, впадающие в море, рассматривают развитие марикультуры как элемент государственной продовольственной политики. В мировой добыче рыбы и морепродуктов продукция аквакультуры уже составляет 27 %, а в Китае - более 60 % (до 22 млн. т продукции в год). В настоящее время фермерское производство лососевых во многих странах с рыночной экономикой (Норвегия, Канада. Япония и др.) почти достигло или превысило объем естественного лова.

К сожалению, Дальний Восток, располагая огромный потенциалом, катастрофически отстает от ведущих стран мира. Здесь суммарный выпуск молоди всеми рыбозаводами (около 40) составляет всего 0,5 млрд. мальков. Особое внимание следует уделить разведению немассовых видов лососевых – нерке и кижучу, которых у нас в 10 раз меньше, чем в американской зоне [Шунтов, 2003]. Для широкого развития аквакультуры на Дальнем Востоке необходимо принять нормативно-правовую базу, подобно такой, которая действует в передовых рыболовных странах (Норвегия, Франция, США и др.). Эта нормативная база должна способствовать и развитию материально-технической базы рыбохозяйственных НИИ в виде морских и береговых опытно-промышленных модулей по производству ценной товарной рыбопродукции. Данные модули будут той научно-внедренческой базой, на которой могут быть осуществлены региональные инвестиционные проекты по развитию прибрежного рыболовства и аквакультуры. На Дальнем Востоке возможно создание крупных районов пастбищного искусственного выращивания крабов, сданных в концессии инвесторам на 50-100 лет, с устойчивой отдачей налогов и платежей в бюджет страны и приморских районов [Котенев, 2003]. Кроме того, необходимо форсировать разведение моллюсков в прибрежной зоне Приморья.

Опыт экономической реформы в рыбохозяйственном комплексе РДВ и современная действительность показали, что рыбохозяйственная деятельность нуждается в достаточно жесткой системе государственного регулирования и контроля, опирающейся на систему правовых актов и нормативов.

Для формирования комфортных институциональных условий функционирования рыбохозяйственного комплекса на Дальнем Востоке необходимо на федеральном и региональном уровнях решения ряд правовых, организационных, экономических, технических и технологических проблем. 

Прежде всего, требуется принять федеральный закон «О рыболовстве и охране водных биологических ресурсов». Задержка с принятием этого закона практически не дает возможности приступить к созданию полноценного законодательства в области рыболовства и охраны водных биоресурсов, обеспечивающего их сохранение и развитие рыбохозяйственной отрасли в условиях рыночных отношений. Необходимо распространить требование об обязательном таможенном декларировании рыбопродукции, полученной в пределах ИЭЗ России. Следует привести в соответствие с международными размеры таможенных пошлин и сборов, упорядочить и сократить сроки оформления судов таможенными, пограничными, санитарно-карантинными и ветеринарными службами для привлечения захода судов в российские порты.

Кроме того, чтобы добиться благополучного развития рыбохозяйственного комплекса на Дальнем Востоке необходимо решительно повести борьбу с коррупцией в рыбной отрасли и резко сократить браконьерство. О масштабе браконьерства можно представить по тому, что только выявленный за 2001-2002 гг. экономический ущерб, связанный с незаконным выловом биоресурсов в ИЭЗ Росси на Дальнем Востоке, по суммам исков перевалил за 2,5 млрд. руб. Примерно до такой же суммы, по оценкам специалистов, дотягивают и теневые доходы контрабандистов и браконьеров.

Поражает не только размах, но и безнаказанность браконьерства. Так, за 2001 г. и первую половину 2002 г. в стране было возбуждено свыше 670 уголовных дел, связанных с браконьерством, рыбной мафией. Мягкие обвинительные приговоры вынесены только по шести. Остальные либо прекращены производством на стадии предварительного расследования, либо заволокичены судами [Резник, 2002]. Действующая система штрафов мало что дает, капитаны и владельцы платят мизерные штрафы и продолжают свой «черный» бизнес.

Для пресечения промышленного браконьерства необходимы упорядочение законодательно-нормативных актов, повысить штрафы до уровня европейских норм. При обнаружении судна с неучтенной рыбой или морепродуктами — оно должно автоматически лишаться лицензии. С криминальным браконьерством следует поступать жестко, применяя силовые методы. В США есть закон о рыболовстве, который однозначно объясняет, что запрещено на реке. Там человека, который просто подошел к воде с сетью, уже можно штрафовать на $5 тыс. В Китае браконьер получает до 10 лет тюрьмы, навсегда лишается права появляться на Амуре, распрощается с судном, лицензией. Размер штрафа предусмотрен до 10 тыс. юаней [Платошкина, 2002]. Вероятно, только подобные меры борьбы с браконьерством на Дальнем Востоке позволят его резко сократить и способствовать успешному развитию рыбохозяйственного комплекса.


Г.И. Сухомиров,
ИЭИ ДВО РАН, г. Хабаровск
Официальный интернет-портал правовой информации